Богородице-Рождественская
Совпадение дня Нового Года с праздником Обрезания Господня не случайно. Оно имеет глубокое символическое значение. И значение это заключается в том, что с этих дней действительно начинается весь круг нашей внутренней жизни. И это есть понимание всей нашей Русской Церкви, которая в 1700 году перешла на исчисление времени от Рождества Христова и этим самым соединила все то, что было от начала нашего христианского быта, соединила все то, в чем заключается наша жизнь. Вслушайтесь в то, что говорит наш великий учитель Церкви Феофан-Затворник. – «Как Новый Год есть начало дней лета, так в день сей надлежит набрать в душу такие помышления, чувства, расположения, которые могли бы достойно христианина заправлять всем ходом дел его в продолжение года. В этот день, как бы, открывается для нас Церковью благодать Божественная для понимания, чувства, рассуждения, для возбуждения нашего духа». До 1700 года время исчисления нашего исчислялось от сотворения мира с сентября месяца, но с этого года воссоединилось то, что должно происходить в душе христианина с исчислением времени. С 1700 года христианский Новый Год стал начинаться от Рождества Христова, при нашем выходе из Вифлеемской пещеры, в день Обрезания Господня, когда дано было Ему имя Иисус. И поэтому получается: Новый Год как бы утверждает то, что должно быть в душе человека. Это как бы начало нашей обновленной жизни. Вот как об этом продолжает Владыка Феофан: «Это мы тотчас найдем, как только возьмем в мысль, что есть Новый Год в духовной жизни. В духовной жизни есть Новый Год, когда кто из живущих в нерадении начинает ревновать о спасении и богоугождении…» Есть моменты в жизни… есть то, что скребет наше сердце… что-то в нашем сердце такое, что мешает. А в тоже время мы рабы этого, того, что в сердце мешает… И вот этот первый день января, день, когда мы совершаем обрезание нашего сердца, становится для нас нужным днем. В этот день мы исповедуем себя христианином перед Господом, родившимся нашего ради спасения и обновляющим наше круголетие, и это является, как вы видите, началом. «Ибо когда кто решается на это (т.е. на перемену жизни), продолжает вл. Феофан, тогда у него внутри все перестраивается заново и на новых началах, — древнее мимоходит и все бывает ново». Вот так и мы сегодня: выйдем из храма и будем в своем сердце чувствовать это начало. Господи, с сегодняшнего дня я хочу быть Твоим рабом! «Если у тебя есть это — понови, а если нет, — произведи, и будет у тебя Новый Год». Так заканчивает Владыка Феофан.
Сегодня празднуем день памяти св. Василия Великого, — царственного священнослужителя. Якобы далек от страдания и всюду и во всем преуспевающий. Как будто он не знал страданий. Но это обманчивое впечатление: и он страдал за веру. Он был связан со светскою властью, но никогда не уступил в монашеском духе. Он уходил от людей, а люди шли за ним. Когда есть человекоугодничество и духовные лица идут за миром, тогда мир бежит от них. «Ищи скорби и найдешь покой» — сказал старец Феодор. Ища покоя, будешь иметь треволнения. Спокойны и благодушны те, кто покой не ставит своею целью. Василий Великий сказал: «Чем угрожают мне? Отнятием имущества? его нет у меня. Голодом? — я знаю пост». Хотя он не был мучеником, однако он сам себя приговорил к мучению и имел царственное спокойствие духа, оправдывая тем упомянутые слова старца Феодора. Семь лет он был епископом и постился так, как будто он был в затворе. Он любил людей и общественные учреждения для бедных, больных и старых. Он назван Великим и ни к кому не пристал так крепко данный эпитет, кроме разве имени Чудотворца, данного св. Николаю. Василий Великий участвовал в общественной жизни, но как он при этом сохранил это свое царственное спокойствие духа — это его загадка. Он перешел и через это искушение, и думаем, одолел это потому, что его душа так неукротимо рвалась к Богу.
Эпоха, в которую пришлось жить и подвизаться в своем пастырском подвиге святому Василию, одна из самых ярких, красочных, но вместе с тем бурных и тревожных эпох церковной истории. Начало 4-го века ознаменовалось радостным для Церкви событием. В 313 г. равноапостольный Император Константин Великий издал Миланский эдикт, дарующий христианам право свободно исповедывать свое упование. Символ христианства — животворящий Крест Христов — увенчал и освятил государственное знамя Римской Империи. Но за этим временным утешением скоро настало время еще более тяжелой и сложной борьбы — той борьбы, которую предвидел еще святой апостол Павел: «наша брань не против крови и плоти, но против начальства, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной» (Еф. 6:12). В этой новой борьбе противоборствовала вечной истине Христовой уже не внешняя сила язычества, а древний дух заблуждения, философия лжеименного знания, посягавшая стать на место этой вечной истины. На Церковь легла великая и ответственная задача — создание «философии по Христу», а не по мирским стихиям, введение человеческого ума в блаженную и святую жизнь Христовой Церкви. И среди подвизавшихся на многотрудном и многосложном поприще отцов и учителей Церкви, одно из первых мест, несомненно, принадлежит вспоминаемому ныне нами великому Кесарийскому архиепископу.
Святой Василий родился в гор. Кесарии около 330 г. Он происходил из богатого и знатного рода. Отец его был ритором. Большое влияние на ход и развитие религиозного склада святого Василия имела благочестивая бабка его — Макрина. Образование свое святой Василий начал в Кесарии, продолжал в Константинополе, а затем в Афинах. Пребывание в этом городе эллинской мудрости тяготило его, и он, «желая жития совершенного», удалился на родину. На родине святой Василий сначала выступает, как ритор, но скоро отрекается от мира и принимает крещение. Желая ознакомиться с жизнью подвижников того времени, он предпринимает путешествие в Сирию и Египет. Тяжелое впечатление произвело на него это путешествие. Везде видел он смуты и ссоры, везде единство церковное раздиралось расколами. По возвращении из путешествия, святой Василий удаляется в пустыню около Неокесарии. Туда приходит к нему друг его, святой Григорий Богослов, и там основывают они первое общежитие. Недолго, однако, продолжается этот пустыннический покой святого Василия.
На престол восходит Император — арианин Валент. Церковь зовет святой Василия на подвиг. Не без колебания покидает он свою пустыню, принимает священническое посвящение в Кесарии в 364 г. Через шесть лет святой Василий становится архиепископом Кесарийским. Редко-неблагоприятные условия ожидали нового архипастыря. Император поддерживал еретиков. Ариане старались захватить в свои руки все епископские кафедры Востока. Много мудрости и проникновения в окружающую обстановку проявил святой Василий на поприще своего нового служения. Целью деятельности святого Василия в Кесарии было удержать Кесарийскую кафедру в своих руках, не дать ее в руки еретиков. Труды его не оказались напрасны: — из всех православных епископов Востока остался на кафедре только он один. По выражению святого Григория Богослова, Промысл Божий «чрез один град Кесарию возжигает святого Василия для всей вселенной». Церковные смуты, ереси, расколы, — все это близко принимал к сердцу и болезненно переживал святой Василий. В борьбе с арианством он оказал Церкви неоценимую услугу. Он первый дал церковной догматике точное определение Троической веры. В тяжелой борьбе святой Василий рано истощил свои, и без того слабые, физические силы. Он скончался 1 января 379 г, не достигнув пятидесятилетнего возраста. Девять лет сиял он, как яркий светильник Православия, на Кесарийской кафедре, и за этот срок принес Церкви все, что мог, и что сумел принести. Это «все» было оценено Церковью в том наименовании, с которым святой Василий вошел в историю. Святой Василий Великий поистине оправдал свое имя (Василий — царственный). Он явился, здесь, на земле, проповедником благословенного Царства Отца и Сына и Святого Духа и, рано уйдя из юдоли смуты и суеты в это Царство, не перестал царствовать в умах и сердцах последователей и хранителей Православия всех последующих веков.
Дай нам, Василий Великий, хотя малую часть от помазания, которое ты имел. Если малая веточка обопрется на большой дуб — она непоколебима. Так и мы, в малых наших подвигах, обопремся на Василия Великого, и его молитвами да спасет нас Господь.